Обзор экосистемы и биоразнообразия Каспийского моря




старонка1/5
Дата канвертавання22.04.2016
Памер1.14 Mb.
  1   2   3   4   5



Обзор экосистемы и биоразнообразия Каспийского моря


Введение
Каспийское море – самый большой в мире бессточный внутренний водоём, водосборный бассейн которого расположен в пределах различных ландшафтных зон и покрывает площадь примерно в пять раз превышающую площадь самого Каспия. «Море» обладает ценным эндемичным биологическим разнообразием, определяющим наличие уникальных биоресурсов, служит местом зимовки, размножения и транзита для миллионов птиц.

Каспий давно и активно используется как для эксплуатации биоресурсов, так и для разработки значительных месторождений углеводородов. Каспийское море является узлом развивающихся транспортных систем «Север-Юг» и «Восток-Запад». Многие участки каспийского побережья имеют выдающееся рекреационное и бальнеологическое значение.

Освоение ценных природных ресурсов Каспия осуществляется на фоне нарастания антропогенного загрязнения морских вод и обострения экологических проблем побережья, вызванного продолжавшимся в период 1978-1995 годов подъемом уровня. Состояние морской среды Каспия подвержено неблагоприятному воздействию впадающих рек, приносящих значительные и разнообразные загрязнения.

Загрязнение каспийских вод стойкими опасными веществами, включая тяжёлые металлы и углеводороды; деградация и опустынивание прибрежных территорий; потеря нерестилищ и целостности многих ценных местообитаний каспийской биоты; нерациональная эксплуатация биологических ресурсов и криминальный промысел; проникновение и распространение инвазивных чужеродных видов; затопление и разрушение прибрежных объектов вследствие высокого стояния уровня моря, а также риски нефтяных загрязнений в результате возможных чрезвычайных ситуаций при её добыче и транспортировке составляют серьёзную угрозу для морской среды Каспия.


В Российской Федерации накоплен огромный объем исходной информации по биологическому разнообразию Каспийского моря, который хранится в фондах научно-исследовательских институтов, организациях Росгидромета, сельскохозяйственной и санитарно-эпидимической службы, в архивах различных экспедиций. Однако, при всем обилии данных корректный анализ состояния биологического разнообразия, опирающийся на верифицируемые источники оказался весьма затруднителен. Как показал опыт подготовки в 2000 г. в рамках КЭП Национального доклада "Состояние и сохранение биологического и ландшафтного разнообразия Прикаспийского региона", основной проблемой достижения этой цели является отсутствие организованной информации на различных уровнях управления состоянием окружающей среды, интеграция которой могла привести к сравнимым результатам. Сложность оценок текущего состояния биоразнообразия определяется так же слабостью критериальной системы выделения таких объектов как сообщества, ландшафты, местообитания, отсутствие достаточно четких критериев в оценке их значимости, вклада в сохранение разнообразия. Но основная трудность все-таки связана с отсутствием необходимой основы: карт распространения видов с соответствующей базой данных, карт местообитаний и сообществ и т.п. Поэтому указанный Национальный доклад, подготовленный по данным КаспНИИРХа, Института водных проблем РАН, Института прикладной экологии Республики Дагестан, Зоологического института РАН, МГУ, других организаций, а также по информации, полученной компиляций литературных источников и собственных материалов экспертов, содержал лишь качественные оценки, а содержащиеся в нем выводы, имели в основном качественный характер.

Тем не менее, сводка указанного Национального доклада, опубликованная в 2002 г. в качестве основных разделов монографии «Современное состояние и факторы, определяющие биологическое и ландшафтное разнообразие Волжско-Каспийского региона России», остается важной отправной точкой для оценки динамики биологического и ландшафтного разнообразия региона.


В XIX веке исследования по биологическому разнообразию Прикаспийского региона России осуществлялись различными организациями в рамках национальных и международных программ.

В аспекте проблем сохранения биоразнообразия как основы рыбохозяйственного значения Каспия комплекс исследований продолжает КаспНИРХ, который публикует сводные результаты исследований и прогноза промысловой базы на регулярной основе. Кроме ведомственных рыбохозяйственных исследований, с вопросами биологического разнообразия Каспия связаны работы академических институтов и центров Москвы (Институт океанологии РАН), Санкт-Петербурга (Зоологический институт РАН), Махачкалы и Ростова-на-Дону, а также университетов региона, входящих в международную Ассоциацию прикаспийских университетов.

Важная информация по биоразнообразию собирается нетегазовыми компаниями в ходе инженерно-экологических изысканий при подготовке к эксплуатации нефтяных месторождений на Каспии и в ходе производственного экологического мониторинга.

В рамках КЭП в Зоологическом институте РАН в 2006 году была создана сводная база данных по биологическому разнообразию Каспия1, которая не обновлялась с октября 2006 года, но сохраняет свое базовое значение для исследований всего Каспия. Важные исследования по состоянию биоразнообразия прибрежных районов Каспия были выполнены в рамках КЭП и запланированы в деятельности Ассоциации прикаспийских университетов.


Российская Федерация ратифицировала Конвенцию о биологическом разнообразии (КБР) 17 февраля 1995 г. Первый Национальный доклад по сохранению биоразнообразия был подготовлен в 1997 г. В настоящее время подготовлен уже 4-й Национальный доклад. Ратификация Конвенции и последующая законотворческая деятельность в этой области (принятие Законов об охраняемых территориях, о животном мире и др.) стало вехой в развитии национальной политики в области сохранения биоразнообразия. В России реализуется «Национальная стратегия сохранения биоразнообразия Российской Федерации» 2001 г., предусматривающая деятельность в сфере сохранения биоразнообразия на популяционно-видовом и экосистемном уровнях. В 2002 г. Правительство одобрило «Экологическую доктрину Российской Федерации», содержащую комплексные основы для поддержания здоровой окружающей среды и достижения устойчивого развития в стране.

Проблемы сохранения биологического разнообразия зачастую имеют важный глобальный аспект и требуют адекватного научного обеспечения. Институты РАН, университеты, а также некоторые ведомственные научно-исследовательские институты обеспечивают научную поддержку деятельности по сохранению биоразнообразия. Природоохранные НПО являются активными заинтересованными сторонами в процессе выработки и выполнения долговременной национальной стратегии по сохранению биоразнообразия.

В 2003-2008 гг. получены обширные результаты исследований по крупнейшим в истории академических исследований программам «Биоразнообразие – Научные основы сохранения биоразнообразия России» и «Фундаментальные основы управления биологическими ресурсами» (научный руководитель академик Д.С. Павлов»), в которой приняли участие практически все академические институты биологического и часть институтов географического профиля, а также правоведы, экономисты и социологи; важные результаты были получены по инвентаризации разнообразия растительного и животного мира России; изучению современной динамики биоразнообразия, определяющих ее факторов и механизмов воздействия; по эволюции и средообразующим функциям биоразнообразия, методологическим основам мониторинга биоразнообразия; генетическим основам сохранения биоразнообразия; принципам и технологиям сохранения и восстановления редких и находящихся под угрозой исчезновения видов; социально-экономическим механизмам сохранения биоразнообразия и др.

Проблемы глобального изменения климата и проблемы опустынивания и деградации земель не могут не сказываться на состоянии биоразнообразия. В частности, проблема деградации земель в Астраханской области стоит достаточно остро. До 20% земель области подвержены деградации. В том числе, отсутствие регулирования посещения отдыхающими Волго-Ахтубинской поймы, приводит к вытаптыванию травяного покрова и уничтожению древесной растительности. Уплотнение почвы сопровождается ухудшением ее структуры и уменьшением скважности на 18-20 % с резким ухудшением полезной жизнедеятельности почвенных организмов. В то же время, в виду отсутствия финансирования почвенные обследования не ведутся в течение 15 лет и не планируются, достаточной информации о состоянии земель нет.

Отсутствует адекватная региональная нормативно-правовая база в области сохранения биоразнообразия. За редким исключением, связанным с работами по разведению сайгака в неволе в Астраханской области, отсутствуют и региональные программы по сохранению биоразнообразия. Самым значимым для Астраханской области можно считать тематический проект ПРООН/ГЭФ «Сохранение биоразнообразия водно-болотных угодий Нижней Волги».

Пути решения проблем наращивания национального потенциала выполнения КБР в Прикаспийском регионе Российской Федерации рассматриваются, кроме прочего, в проекте ЮНЕП по оценке российского потенциала выполнения обязательств по глобальным конвенциям Рио.

Стратегические вопросы совершенствования деятельности морских заповедников в Российской Федерации, включая расположенные в рассматриваемом регионе, рассматриваются в рамках тематического проекта ПРООН/ГЭФ.

Завершается подготовка проекта протокола по сохранению биологического разнообразия Каспийского моря к Тегеранской Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря, призванного стать международно-правовой основой активизации регионального сотрудничества в рассматриваемой области.


По данным 4-го российского Национального доклада по биоразнообразию (см. таблицу), биологическое разнообразие Каспия значительно уступает расположенным в той же широтной зоне морям – Японскому и даже распресненному внутреннему Черному, превосходя при этом внутренние Азовское и, особенно, Балтийское моря:


Море

Число видов донных беспозвоночных животных

Число видов рыб и круглоротых

Число видов
водорослей

Черное

791

166

236

Азовское

186

79

33

Каспийское

400

78

116

Японское

2000

603

379

Охотское

2100

276

299

Балтийское

20 (морских)

50

50

При этом, в российском обществе в целом по-прежнему биоразнообразие оценивается во многом с потребительской точки зрения – как источник продукции, которую можно продать (лес, рыба, морепродукты, пушнина и т.п.), а основная часть ценности природных экосистем – их биосферная функция и экосистемные услуги – до сих пор в экономической практике не учитывается. Кроме того, темпы создания федеральной системы особо охраняемых природных территорий (ООПТ) не успевают за темпами хозяйственного освоения новых земель. При этом, специфика формирования адекватной системы прибрежных и морских ООПТ Прикаспийского региона России, кроме прочего, связана с трансграничным характером экологических проблем этого региона и необходимостью эффективных форм и специальнх инструментов практического природоохранного сотрудничества заинтересованных прикаспийских стран.

В целом для российской национальной законодательной базы сохранения биоразнообразия свойственны:

1. снижение эффективности природоохранного законодательства и правоприменения в области сохранения и устойчивого использования биоразнообразия, что повлекло за собой рост числа экологических преступлений в сфере нелегального использования биоразнообразия и биоресурсов в условиях экономического кризиса, роста безработицы и бедности местного населения; и

2. замедление темпов формирования регионального законодательства в области сохранения, восстановления и устойчивого использования природно-ресурсного комплекса, в том числе ресурсов биоразнообразия.

В области внедрения новых экономических механизмов охраны живой природы отмечаются:

1 недостаточный учет экономической ценности природных экосистем, их биосферных функций и экосистемных услуг; и

2. медленное внедрение новых экономических механизмов регулирования природопользования и охраны природы.

Для государственного природоохранного управления характерно:

1. снижение числа работников органов исполнительной власти, осуществляющих государственный контроль в области сохранения и устойчивого использования биоразнообразия и биоресурсов; и

2. снижение вклада предприятий и областных бюджетов в финансирование природоохранных мероприятий в ряде регионов.

В области развития территориальной охраны природы Докладом отмечено:

1. замедление темпов развития сети особо охраняемых природных территорий, в т.ч. морских заповедников, национальных парков и заказников, охраняющих водные экосистемы;

2. сокращение объемов научных и мониторинговых исследований на базе федеральных особо охраняемых природных территорий;

3. рост числа специалистов (на 2008 г. - более 500) по экологическому просвещению, специальных отделов эколого-просветительской деятельности (более 100), музеев природы (около 90) и визит-центров (120) в заповедниках и национальных парках Российской Федерации, что обеспечивает высокие темпы развития рекреационной и эколого-просветительской деятельности; и

4. рост объемов государственного финансирования и самофинансирования деятельности заповедников и национальных парков за счет привлечения дополнительных средств из разных источников, в том числе за счет коммерческой деятельности.

В области практических действий по сохранению биоразнообразия, в том числе охраны редких видов растений и животных отмечен:

1. рост числа субъектов Федерации, осуществляющих государственный мониторинг и контроль состояния популяций редких видов животных и растений на своей территории за счет законодательного утверждения перечня видов, нуждающихся в охране и издания региональной Красной книги;

2. позитивные сдвиги (стабилизация и\или рост численности) в сохранении отдельных видов редких видов животных (уссурийского тигра, сурка-байбака, некоторых видов водоплавающих и хищных птиц); и

3. рост интенсивности инвазий чужеродных видов растений и животных в сухопутные и морские экосистемы, особенно в Южном, Северо-Западном и Дальневосточном федеральных округах.

В области сохранения и устойчивого использования биологических ресурсов выявлен:

1. заметный рост численности большинства видов наземной промысловой фауны за счет некоторого снижения промысловых нагрузок, забрасывания сельскохозяйственных угодий и депопуляции в отдельных регионах;

2. снижение промысловых запасов некоторых объектов промыслового рыболовства и морских биоресурсов, в т.ч. осетровых, сиговых и лососевых рыб, промысловых видов крабов и моллюсков;

3. увеличение доли ресурсов растительного и животного мира в бюджетах семей сельского и поселкового населения; и

4. рост доходов и занятости местного населения в промысловой рекреации (охота, спортивное рыболовство, сельский, научный и экологический туризм и пр.), особенно в Волго-Ахтубинской пойме и дельте Волги, на Байкальской природной территории, Приморском крае, Камчатской области и др.

В рамках национальной экологической политики начала XXI-го века в области сохранения биологического разнообразия:

1. успешно действовали программы по развитию территориальной охраны (расширялась сеть федеральных и создавалась сеть региональных охраняемых природных территорий, резервировались земли для их создания);

2. действовали нормативные положения новой версии Красной книги Российской Федерации, реализовывались стратегические федеральные и региональные программы по спасению редких видов; создавались региональные Красные книги;

3. создана хорошая научная база для практических действий в области охраны живой природы за счет расширения тематики академической и вузовской науки в области сохранения биоразнообразия;

4. был распространен позитивный опыт внедрения экономических механизмов сохранения биоразнообразия, развития экологически ориентированного малого бизнеса, альтернативных форм хозяйствования на региональных ООПТ;

5. была создана информационная сеть для поддержки действий по охране живой природы в России (новые Интернет-ресурсы, периодические издания).

По оценке Национального доклада все это позволило существенно снизить негативные последствия наметившихся отрицательных трендов и тенденций и поддержать позитивные тенденции в сохранении биоразнообразия, а именно:



  • увеличить площадь федеральных и региональных ООПТ, создать основы для их объединения в экологические сети и интеграции последних в Пан-европейскую экосеть;

  • приостановить сокращение численности популяций ряда редких видов животных;

  • создать институциональные условия для сохранения редких видов и их местообитаний в стране в целом и в отдельных регионах;

  • разработать новые научные и прикладные программы для мониторинга и решения проблем предотвращения инвазий чужеродных видов на территорию России;

  • продолжить активные работы по сохранению генетического разнообразия культурных растений и домашних животных, поддержать и распространить позитивный опыт устойчивого использования биоразнообразия;

  • усилить контроль за международной торговлей редкими видами (в рамках СИТЕС) и снизить угрозу для ряда редких видов, представляющих интерес для международной торговли;

  • снизить темпы загрязнения атмосферы, пресных водоемов и морей;

  • начать разработку превентиных мер по снижению негативного эффекта для природы, хозяйства и населения от климатических изменений (национальная программа действий, схемы адаптации, разработка конкретных мер для отдельных экорегионов);

  • расширить спектр собственных финансовых возможностей для поддержки мероприятий по сохранению биоразнообразия в стране; найти средства по развитию фундаментальных исследований в области сохранения биоразнообразия;

  • увеличить объемы подготовки специалистов-экологов для реализации практических мероприятий по сохранению биоразнообразия в стране.

Отмеченные особенности и результаты выполнения национальной экологической политики самым непосредственным образом отражаются в разнообразной деятельности по сохранению биоразнообразия Каспийского моря и его бассейна, определяющих рыбохозяйственное значение Каспия, а также прибрежных районов прикаспийских субъектов Российской Федерации.



1. Краткая характеристика основных абиотических факторов, определяющих состояние морской и прибрежной среды
За последние пол века в Каспийском море условия существования биоты претерпевали существенные изменения. Изменения были обусловлены как антропогенной деятельностью, так и глобальными климатическими изменениями, и сейсмической активностью. Техногенное вмешательство, включая зарегулирование стока большинства рек и стока вод в залив Кара-Богаз, привело к изменению солевого состава вод и плотностной стратификации, объема речного стока, объема и состава биогенных элементов, поступающих в море, токсичному загрязнению вод моря углеводородами, промышленными и бытовыми отходами. С балластными водами в Каспий проник очередной чужеродный вид – гребневик Мнемиопсис, вселение которого оказало существенные негативные последствия на структуру зоопланктона, как кормовую базу кильки. Перелов рыб и истребление млекопитающих приводили к существенным деформациям их популяций. Бурение скважин, «антропогенные грифоны», интенсивное замещение углеводородов в толще Земли водой также способствовали развитию локальных катастрофических явлений. Глобальные климатические изменения общей циркуляции атмосферы приводили к существенным колебаниям уровня моря, что отразилось в изменении стока рек, солевом составе и плотностной стратификации вод моря. Имеются данные, что активизация сейсмической активности в регионе приводит к залповым загрязнениям обширных районов моря - появлению пятен нефтепродуктов размерами свыше 30 км² на Апшеронском пороге и активизации грифонов на юго-западе моря.
Подробный анализ факторов, определяющих биологическое и ландшафтное разнообразие региона, с характеристикой его физико-географического строения, роли динамических процессов, ландшафтного строения Северного Каспия и социально-экономических условий конца ХХ века, представлен в Национальном докладе «Состояние и сохранение биологического и ландшафтного разнообразия Прикаспийского региона» 2000 года и опубликован в монографии 2002 года. При этом, характерная для региона высокая динамичность ландшафтно-экологических систем, интерпретирована как главный фактор формирования уникальной биоресурсной продуктивности каспийского бассейна.

В указанном Докладе отмечено, что Прикаспийская низменность и Каспийское море расположены в глубокой тектонической впадине - Прикаспийской синеклизе, заложенной в палеозое и представляющей собой сложный и неоднородный участок Русской платформы. В течение четвертичного периода выделяется четыре трангрессии Каспия: бакинская, хазарская, нижне- и верхне хвалынская. В результате многократных трансгрессий и регрессий в четвертичных отложениях чередуются морские, глинистые, песчано-глинистые и песчаные отложения, континентальные лессовидные суглинки и аллювиальные илы. Вдоль берегов Каспийского моря от р. Эмба до устья р. Кумы располагаются вытянутые почти в широтном направлении «бэровы бугры». Общий равнинный характер низменности наряду с бэровыми буграми осложняется широкими долинами рек, полностью или частично пересыхающих в летнее время и уступами в рельефе параллельными современной береговой линии. Неоднородность четвертичных отложений сформировавшихся в сложном режиме мелководного моря с учетом влияния относительно близко залегающих в разной степени минерализованных грунтовых вод определяют большую мозаичность равнинных ландшафтов. Климат региона определяет распространение здесь континентальных пустынь и настоящих пустынь умеренных широт.

Не менее разнообразны и ландшафты каспийского дна, сформировванные под воздействием колебаний уровня моря, господствующих течений, сгонно-нагонных ветров, поступления пресных вод с речным стоком, и определяются строением ложа самого моря. Система течений определяет перенос волжской воды вдоль западного побережья Каспия. Мелководные заливы и другие мелководья часто зарастают тростниками. Сгонно-нагонные явления периодически преобразуют эти структуры и обеспечивают перемешивание вод и преобразования дна на обширных площадях мелководий. Наконец, существенное влияние на ландшафты акватории Каспии оказывает ледовый режим в северной его части и распространение плавающих льдов.

Вся геологическая история Каспийской низменности демонстрирует исключительно высокую разночастотную динамику ландшафта. Площадь акватории Каспия неоднократно изменялась в несколько раз, что вполне естественно приводило к огромным преобразованиям всех ландшафтов и экосистем. Ландшафты и экосистемы Каспия с этой точки зрения можно с полным основанием назвать стрендовыми, то есть приспособленными к периодическим глубоким преобразованиям без существенной утери биологического и ландшафтного разнообразия.



Выполненный Ю.Г. Пузаченко в Национальном докладе "Состояние и сохранение биологического и ландшафтного разнообразия Прикаспийского региона" 2000 г. статистический анализ рядов палеогеографических данных о колебаниях уровня Каспия выявил строгую закономерность, типичную для такого рода процессов. А именно: амплитуда колебаний есть однозначная функция интервала времени наблюдения, причем на протяжении любых 100 лет амплитуда колебаний Каспия не может превышать, с учетом ошибки, – трех метров. Можно полагать, что эти колебания в существенной степени определяют природу и важнейшие характерные черты биологического и ландшафтного разнообразия.

Ряд инструментальных наблюдений за уровнем Каспийского моря составляет полтора века. Выполненный по этой совокупности данных структурный анализ продолжительности выявляемых на графике среднегодовых значений высотного положения уровня периодов понижения и роста уровня моря (сколько-нибудь значимые периоды стабильного уровня при сантиметровой дискретности исследуемых данных практически отсутствуют) позволяет охарактеризовать процесс инструментально зафиксированных изменений уровня Каспия как простейший поток событий. Это, в частности, свидетельствует о затруднительности прогнозирования тенденций изменений уровня Каспийского моря исходя из накопленной информации о его колебаниях. Единственный «конструктивный предсказательный» вывод такого анализа заключается в том, что если продолжается период роста уровня моря, то чем продолжительнее этот период, тем выше вероятность его завершения (т.е. переходя к снижению уровня). Аналогично – и для продолжительности периода падения уровня Каспия. При этом, следует отметить, что ряд инструментальных наблюдений за практически значимыми изменениями уровня (например, с дискретностью свыше полуметра) пока недостаточен для надежного анализа.

Сводка данных о положении уровня Каспия с дискретностью 5 лет, иллюстрирующая его связь с объемами волжского стока за последние 75 лет, приведена в таблице.

Изменения уровня приводят к глубоким преобразованиям береговой зоны Каспия, изменениям условий размещения многочисленных видов гнездящихся птиц, ареалов нагула многих видов рыб, колебаниям солености, а также изменениям влияния уровня грунтовых вод на прилежащие территории и т.п. Весьма большое значение на формирование биологического разнообразия побережий и прибрежной зоны имеют сгонно-нагонные явления, приводящие к заметным перестройкам береговой линии.

Структура наземных ландшафтов генетически неизбежно связана со структурой аквальных и, по существу, может рассматриваться как их естественное продолжение. Выделяются абразионные, абразионно-аккумулятивные, аккумулятивно-пляжевые, аккумулятивно-лагунные, осушные с ветровым нагоном и дельтовые типы береговых ландшафтов. Приведена общая схема распространения типов ландшафтов. Ее прямое сравнение с топографическими картами показывает, что режим увлажнения является ведущим фактором ландшафтной дифференциации. При этом фрагменты береговых ландшафтов хорошо выражены в форме осушенных террас или бугров, связанных с прошлой береговой линией.


Изменения уровня Каспийского моря и стока р.Волги с 1935 г.


Годы

Уровень, м абс

Сток р.Волги, км3

1935

- 25,65

210

1940

- 27,91

193

1945

- 28,04

212

1950

- 28,07

238

1955

- 28,35

308

1960

- 28,19

199

1965

- 28,33

223

1970

- 28,27

273

1975

- 28,58

167

1980

- 28,43

247

1985

- 27,89

290

1990

- 27,44

334

1995

- 26,50

279

2000

- 27,05

243

2005

- 26,91

289

2010

-27,31

209,7

Принципиально важным для формирования всех форм разнообразия наземных ландшафтов является очень высокая изменчивость во времени условий среды, требующая от всех видов, составляющих прибрежные экосистемы, способности к соответствующим адаптациям. Более того, как ландшафтное разнообразие, так и разнообразие на уровне видов и сообществ, во многом определяется именно этими внешними динамическими факторами. В конце ХХ-го века наблюдалось постепенное увеличение атмосферных осадков, что способствовало, по некоторым оценкам, к увеличению роли степных видов растений в прибрежных ландшафтах региона.

Между тем, имеются плеогеографические данные о наличии общей корреляции трансгрессивных периодов каспийской гидрологической системы с периодами интенсификации иссушения, аридизации всего степного пояса Евразии и соответствующих участков каспийского побережья. Регрессивные периоды в истории каспийского бассейна обычно совпадают с повышением увлажнения степного пояса. Этот феномен качественно объясняется расположением основной части волжского водосбора в существенно иных (лесостепных и лесных) ланшафтно-географических зонах, весьма отдаленных от самого Каспийского моря. В результате долговременные изменения в атмосферной циркуляции и конкретных путях переноса влажного воздуха с атлантическими циклонами, могут вызывать отмеченную зависимость.
Каспийский регион расположен в зоне активных неотектонических движений и значительных сейсмических рисков. Землетрясения различной магнитуды природного и техногенного генезиса наблюдаются здесь постоянно. По данным Института сейсмологии национальной академии наук Казахстана, территория Атырауской области, включая акваторию Каспийского моря, отнесена к участкам земной коры с возможными проявлениями землетрясений магнитудой 6 баллов по шкале Рихтера. Акватория среднего Каспия по схеме сейсмического районирования относится к зоне с возможными землетрясениями магнитудой до 7 баллов. Южный Каспий, граничащий со средним, является зоной активных тектонических разломов, где происходят регулярные землетрясения с различной магнитудой, отголоски которых магнитудой 1-2 балла, редко до 4 баллов доходят до Северного Каспия. Таким образом, освоение колоссальных подсолевых углеводородных ресурсов Северного Каспия происходит в условиях взаимодействия сильных природных геодинамических и техногенных факторов. Риск возникновения природных землетрясений является существенным. Степень влияния сейсмических событий на состояние каспийской биоты является предметом специальных обсужденй.
Прикаспийский регион характеризуется неоднородностью демографической ситуации, исключительно пестрым национальным составом населения и качественно различной ситуацией на рынках труда. Общим для региона является более быстрый рост населения по сравнению со средними показателями России и пониженный уровень урбанизированности: здесь, наряду с ростом городского населения продолжает увеличиваться и сельское население.

Решение проблемы сохранения традиционных видов хозяйственной деятельности и укладов жизни связано главным образом с обеспечением возможностей для населения заниматься рыбным промыслом на всем побережье региона и пастбищным животноводством в республиках Дагестан и Калмыкия -Хальмг Тангч.

Природно-хозяйственные системы Российского побережья Каспийского моря, характеризующие взаимосвязанное и взаимообусловленное сочетание ландшафтов, хозяйственных и расселенческих систем представлены системами с высоким (Астраханская и Махачкалинская агломерации, Дербентский урбанизированный ареал), средним (Волжская и Терско-Сулакская дельты, предгорные приморские равнины) и низким уровнем освоенности территории.

В рекреационном отношении российское побережье Каспия освоено неравномерно. Наибольшие рекреационные нагрузки приходятся на побережье Дагестана к югу от Махачкалы.


Каспийский бассейн имеет исключительно важное рыбохозяйственное значение. В недалеком прошлом здесь ежегодно добывалось 500-600 тыс.т рыбы, причем основу улова составляли такие ценные виды рыб, как белуга, осетр, севрюга, стерлядь, белорыбица, проходные и морские сельди, судак, лещ, сазан, вобла, сом, жерех, кутум и др. Такое положение сохранялось вплоть до начала 50-х годов ХХ столетия, когда гидростроительство, внутригодовое перераспределение стока рек, ограничение весенних попусков, забор большого количества воды на орошение и др. хозяйственные нужды, эксплуатация водозаборов без эффективных средств рыбозащиты и загрязнение вод привели к ухудшению условий воспроизводства ценных видов рыб Каспийского бассейна, сокращению их запасов и уловов. Ухудшение качества морской среды загрязнениями, включая «биологические» (привнесение инвазивных вдов), необоснованное изъятие рыбных ресурсов (перелов) и криминальный (браконьерский) лов рассматриваются как реальные угрозы для самого существования осетровых и некоторых иных ценнейших водных биоресурсов.
Главным источником антропогенного загрязнения Каспийского моря традиционно считается сток впадающих рек. При этом, основное внимание всегда уделялось транзиту в Каспий загрязняющих веществ со стоком Волги, как основной реки его бассейна. Волга – крупнейшая река Европы. Водосборная площадь ее бассейна составляет 1360 тыс. км2 – почти треть европейской части России. В ее бассейн входят полностью или частично территории 39 субъектов Российской Федерации. На Волжский бассейн приходится более трети сброса сточных вод в России. Несмотря на высокую обеспеченность региона очистными сооружениями, эффективность их работы крайне низка, в результате чего в водные объекты поступает большое количество загрязняющих веществ. Значительные массы загрязняющих веществ попадают в Волгу по крупным притокам – рекам Ока и Кама. Около 87% русла р. Волга зарегулировано каскадом водохранилищ. Из восьми крупных гидроузлов с водохранилищами четыре образуют непрерывный каскад на Верхней Волге. Эти водохранилища вместе с р. Ока формируют 45% годового стока Волги, еще 45% стока приходится на бассейн р. Кама.

Подготовленный в 2006 году в рамках КЭП материал «Изучение и обзор для определения течения основных загрязняющих веществ из Волжского каскада» позволил сформулировать следующие общие выводы в отношении вклада волжского стока в загрязнение каспийских вод:

По данным режимных наблюдений в период 1995-2004 гг. на постах Росгидромета на приустьевом участке и в дельте Волги уровень средних концентраций растворенных в воде загрязняющих веществ составлял: для хлорорганических пестицидов – десятые доли нанограмма в литре воды; для ртути – сотые доли микрограмма; для кадмия – десятые доли микрограмма; для металлов Cu, Mn, Ni, Cr, Co, Pb – единицы микрограммов; для цинка – первые десятки микрограммов; для железа – первые две сотни микрограммов; для фенолов – тысячные доли миллиграмма; для СПАВ – сотые доли миллиграмма; для нефтяных углеводородов – десятые доли миллиграмма (см. таблицу).

Наибольшая концентрация загрязняющих веществ в воде обычно наблюдалась в зимнюю межень, а наименьшая – в летнюю или осеннюю межень. Пространственная изменчивость, как правило, выражена слабее, чем временная (сезонная и межгодовая). По характеру пространственно-временной изменчивости различные загрязняющие вещества отличаются друг от друга, что указывает на различные пути их миграции в водотоках Нижней Волги.

Рассчитанный сток растворенных загрязняющих веществ из Волги в Каспийское море (в первом приближении приравненный к стоку в отмелую зону устьевого взморья Волги) изменяется в пределах от десятков килограммов (пестициды) до десятков тысяч тонн (нефтяные углеводороды). На период половодья, как правило, приходится 40-50% стока загрязняющих веществ. На западную часть дельты приходится 60-70% стока. Исключением являются пестициды, основная часть стока которых приходится на восточную часть дельты. В настоящее время сток большинства загрязняющих веществ в море существенно ниже, чем в период 1978-1993 гг. Особенно сильно сократился сток пестицидов.

Сток загрязняющих веществ в дельте Волги в основном формируется в вышележащей части бассейна. Вклад приустьевого участка и дельты Волги в этот сток, судя по расчетам, сделанным на основе данных наблюдений Росгидромета, не превышает 10%. Большая доля отмечена только для γ-ГХЦГ. Для некоторых загрязняющих веществ (СПАВ, ДДТ, большинство металлов) зафиксировано снижение их концентрации в воде в средней зоне дельты относительно ее вершины, доходящее до 30-40%. Среднегодовой поток загрязняющих веществ в вершине и на морском крае дельты Волги (МКД) приведен в таблице.


Загрязня-ющие вещества


Ед-ца измер.



Вершина дельты

МКД, 1995-2004 гг.

1977-1993 гг.


1995-2004 гг.


всего


в том числе:

западная часть

восточная часть

НУ

тыс.т

71,65

54,80

57,10

37,2

19,9

СПАВ

тыс.т

5,29

6,96

7,95

4,35

3,60

фенолы

тыс.т

0,70

0,98

1,07

0,68

0,39

железо

тыс.т







51,05

31,55

19,50

цинк

тыс.т

4,97

9,42

9,45

6,01

3,44

медь

тыс.т

2,19

1,89

1,66

1,13

0,53

никель

тыс.т







1,49

0,94

0,55

свинец

т







439

276

163

кобальт

т







311

195

115

марганец

т







273

172

101

хром

т







186

117

69

кадмий

т







122

77

45

ртуть

т







15,4

9,7

5,7

ДДТ

кг

3710

(1983-1986 гг)



186

124

56

68

ДДЭ

кг

1320

(1983-1986 гг)



27

29,5

23,6

5,9

Альфа-ГХЦГ

кг

-

н.о.

н.о

н.о.

5

Гамма-ГХЦГ

.


кг

1026

(1983-1986 гг)



115

87

27

60
  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©shkola.of.by 2016
звярнуцца да адміністрацыі

    Галоўная старонка