Некоторые особенности биологии восточносибирской волнянки




Дата канвертавання22.04.2016
Памер75.01 Kb.
Некоторые особенности биологии восточносибирской волнянки Leucoma candida Stgr.
Гниненко Ю.И.
Всероссийский научно-исследовательский институт лесоводства и механизации лесного хозяйства
Восточносибирская волнянка Leucoma candida Stgr. (Lepidoptera, Lymantriidae) относится к числу двух представителей рода Leucoma, встречающихся на территории России. Ее ареал значительно уже, чем ареал ивовой волнянки L. salicis L. и охватывает территории от Алтае-Саянской горной системы на западе, до юга Якутии и побережья Охотского моря (не доходя до Магадана) на востоке и севере. На юге она обитает в Монголии и Китае, немного переходя р. Хуанхэ, занимает весь Корейский полуостров и Японию (Кожанчиков, 1950).

Если ивовая волнянка относится к числу сравнительно хорошо изученных видов, то восточносибирская волнянка редко попадает в сферу внимания. Это связано, главным образом с тем, что вспышки ее массового размножения сравнительно редки и происходят они в отдаленных восточных регионах страны (Куренцов, 1939).


Материал и методика
Наблюдения за питанием гусениц в природных условиях проведены нами в 2004 г. в полезащитных полосах и городских насаждениях тополя в г. Кзыле и в г. Шагонаре (Республика Тыва). Собранных там гусениц в дальнейшем докармливали в лабораторных условиях в садках. Здесь они окуклились, затем были получены бабочки.

Описание куколок дано по куколкам (15 экз.), полученным в садках. Определение видовой принадлежности бабочек проведено Дуботоловым и В.Ю. Крюковым (г. Новосибирск), которым автор выражает свою глубокую признательность.


Полученные результаты
В 2004 г. нам удалось наблюдать несколько повышенную численность гусениц этого вида на тополях в городах Кызыл и Шагонар (Республика Тыва) и в полезащитных полосах из тополя вокруг Щагонара. Здесь листва на отдельных деревьях в середине июня была объедена гусеницами на 20-30%. Гусеницы находились к этому времени в последних возрастах. Они активно питались только в ночное время. В утренние часы (примерно начиная с 7-8 часов утра) они опускались из крон и прятались на дневку в трещины коры в нижних частях ствола или в подстилку близ комля. Опускание гусениц заканчивалось примерно к 9-10 часам. Весь день они не питались, неподвижно сидя в убежищах. Питание продолжалось до середины июня, после чего гусеницы опустились в подстилку, где и окуклились в верхних ее слоях.

Лет бабочек происходил в июле и самки откладывали яйца, помещая их в трещины коры, покрывая светлыми выделениями придаточных желез. Вышедшие в июле гусеницы питались до сентября. После этого они частично спустились в подстилку или находили убежища под корой в местах поранений дерева или в ее трещинах, где сооружали коконы из паутинок, в которых оставались на зимовку.

Судя по обилию прошлогодних экскрементов и трупов гусениц на подстилке, а также, по словам работников Шагонарского лесхоза, в 2003 г. гусениц на тополях было значительно больше, чем в 2004 г. и тогда они нанесли более сильные повреждения кронам, уничтожив к концу мая до 80-90% листвы.

Гусеницы этой волнянки сильно отличаются от гусениц ивовой волнянки. Они имеют красно-коричневую голову, темное тело с пучками светловатых волосков и двумя рядами красновато-бурых или красновато-коричневых бородавок.

Описание гусеницы, которое приводит в своей известной монографии И.В. Кожанчиков (1950), коренным образом отличается от их натурального вида. Он утверждает, что «они очень характерны, хотя и напоминают обычную L. salicis». Тогда как наблюдавшиеся нами гусеницы никоим образом не напоминают гусениц ивовой волнянки и более всего были похожи на гусениц монашенки Lymantria monacha L., но более темного цвета и не имели как монашенка светлого узора на спине.

Куколки, которые были получены нами после выращивания собранных гусениц в садках, также отличаются от описания, приведенного И.В. Кожанчиковым.


Обсуждение полученных результатов


Различия в описаниях куколок и гусениц, между приводимыми нами и сделанными И.В. Кожанчиковым, возможно объяснить тем, что И.В Кожанчиков сам не собирал гусениц этого вида. Предваряя описание гусениц и куколок он указывает, что «мне известны одна гусеница и несколько куколок, собранные Черновским 8 августа 1949 г. близ Семипалатинска». Не исключено, что собранные неким Черновским особи не принадлежали к L. candida, а были особями L. salicis, хотя и несколько отличными от типичных. Поскольку мы собрали более 50 гусениц в природе (наблюдали в природе за питанием и поведением более чем 200 гусениц последних возрастов) и выкормили их в лаборатории до окукливания и получения бабочек, то сомнений в том, что описываемая нами куколка принадлежит виду L. candida нет никаких. Кроме того, нами в подстилке в местах проведения наблюдений было собрано также около 10 куколок, которые ничем не отличались от тех, что в последствии были получены в лабораторных условиях.

Вспышки массового размножения восточносибирской волнянки ранее в России были известны только с юга Приморского края (Куренцов, 1939) и в Туве (Машанов, 1998). Однако данные А.И. Куренцова о вспышке этой волнянки в Приморском крае не достаточно корректны. Он пишет, что «мне они [гусеницы] встречались в массе в конце июня (1934) в среднем течение р. Имана ..». Но, говоря о том, что гусеницы «встречались в массе», он даже не упоминает о нанесении ими сколько-нибудь заметных повреждений древостоям. Не исключено, что гусениц было много, но все же не столько, чтобы нанести сильные или хотя бы заметные повреждения деревьям. Поскольку если бы повреждения были нанесены, то от внимания столь опытного энтомолога, как А.И. Куренцов, это бы не ускользнуло.

Очаги волнянок на ивах и тополях известны в Бурятии. Однако там, насколько нам известно, видовая принадлежность вредителя в каждом очаге или специально не определялась, или это были очаги ивовой волнянки L. salicis. Собранные в 2001 г. по нашей просьбе куколки и бабочки волнянки из этих очагов специалистами Бурятского центра защиты леса, оказались ничем не отличающимися от ивовой волнянки. В.И. Эпова и А.С. Плешанов (1995) считают, что имеющиеся в литературе сведения о вспышках восточносибирской волнянки в Забайкалье (Кондратов, 1987; Щербакова, Голутвин, 1972) недостоверны. Это заключение, скорее всего, верно, так как описания биологии волнянки, которое дано у этих авторов, не соответствует тому, что мы наблюдали в Туве. Особенности откладки яиц, окукливания и поведения гусениц, описанные Л.Н. Щербаковой и Г.И. Голутвиным, соответствуют таковым у ивовой волнянки, а не у восточносибирской волнянки.

Вместе с тем, в Туве к моменту проведения наших работ полезащитные лесные полосы из тополя являли собой жалкое зрелище: практически на 80% они погибли ранее. По словам работников Шагонарского лесхоза и Тувинского центра защиты леса в 70-80-х годах ХХ века эти полосы неоднократно подвергались сильной дефолиации ивовой волнянкой и непарным шелкопрядом Lymantria dispar. Однако специально видовую принадлежность фитофага специалисты лесозащиты здесь не определяли. Во время наших работ в полосах и городских озеленительных посадках гусеницы ивовой волнянки L. salicis были крайне редки, также как и гусеницы непарного шелкопряда, несмотря на то, что в березняках Шагонарского лесхоза в это время действовали очаги массового размножения этого фитофага. По-видимому, в предыдущие годы, когда полосы подвергались объеданию фитофагами, то гусеницы восточносибирской волнянки если не преобладали в этих очагах, то, как минимум, участвовали в нанесении повреждений. Этот наш вывод косвенно подтверждает и А.И. Машанов (1998), который указывает, что в Тандинском и Балгазинском лесхозах Тувы в тополевых полезащитных полосах происходила вспышка массового размножения именно восточносибирской волнянки и здесь даже применяли меры защиты от ее гусениц. К сожалению, в его публикации нет данных о величине очагов и времени их действия.

Для проведения успешных мер по защите растений от повреждений, особенно с использованием биологических средств, важно точное знание видовой принадлежности фитофага (Гниненко и др., 2001). Это также важно и для выбора способов и сроков проведения защитных работ. Подтверждением важности знания видовой принадлежности и особенностей биологии конкретного вида является опыт применения биологических препаратов для защиты полезащитных полос. А.И. Машанов (1998) ранее испытывал инсектин в Туве против гусениц сибирского коконопряда Dendrolimus superans и восточносибирской волнянки. При этом в своей публикации он, приводя подробные данные о смертности гусениц сибирского коконопряда, не приводит данных о смертности гусениц волнянки. Это связано, по-видимому, с тем, что работы в очаге волнянки проведены обычным способом, то есть препарат применяли в ранние утренние часы. Но особенности поведения гусениц волнянки таковы, что, уходя днем в убежища, они становятся практически недоступными для препарата. Если, например, препарат был применен в утренние часы, когда гусеницы уже не питались и уходили в дневные убежища, а днем (даже во второй половине дня) прошел дождь, то при возобновлении питания вечером, гусеницы могли вообще не иметь контакта с препаратом. По-видимому, именно по этой причине, А.И. Машанов не привел данных по смертности гусениц после обработок инсектином, поскольку провести учет смертности обычными методами, применяемыми в лесозащите, в данном случае невозможно.

Поэтому важно, чтобы работники региональных центров защиты леса в каждом конкретном очаге массового размножения того или иного вредителя еще на стадии его формирования точно определяли вид насекомого.

Поскольку волнянка L. candida в пределах своего ареала способна давать вспышки массового размножения и наносить повреждения кормовым растениям как в приречных лесах юга Приморского края, так и в искусственных посадках Тувы, то ее возможно отнести к числу вредителей леса, имеющих региональное значение, и за изменением ее численности следует вести наблюдения.

При проектировании и проведении защитных обработок в очагах массового размножения этой волнянки необходимо учитывать особенности поведения ее гусениц. В противном случае, эффективность обработок может быть низкой.


Литература.
Гниненко Ю.И., Михайлова Н.А., Серый Г.А., Хоничев Н.В. Точное определение вида фитофага – основа принятия правильных решений по контролю динамики его численности. // Второй межрегиональный семинар по мониторингу и защите леса. - МПР РФ.- Красноярск, 2001. – С. 19-21.

Кожанчиков И.В. Волнянки (Orgyidae). Фауна СССР. Насекомые чешуекрылые. Т. 12. Изд-во АН СССР. М.-Л., 1950. 581 с.

Кондратов В.И. Массовое размножение листогрызущих вредителей в Братском районе Иркутской области. // Насекомые зоны БАМ. – Новосибирск: Наука, 1987. – С. 145 - 148.

Куренцов А.И. Бабочки –Macrolipedopterta – вредители деревьев и кустарников Уссурийского края. / Тр. Горнотаежной станции ДФ АН СССР, т. 3, 1939. – Владивосток. – С.107 – 209.

Машанов А.И. Инсектин-60 против сибирского шелкопряда и восточносибирской ивовой волнянки. // Лесное хозяйство, 1998, № 2. – С. 51.

Щербакова Л.Н., Голутвин Г.И. Вспышка массового размножения ивовой волнянки в Восточной Сибири. // Защита леса. – Л.: ЛТА, 1972. – С. 126 – 131.



Эпова В.И., Плешанов А.С. Зоны вредоносности насекомых-филлофагов Азиатской России. / Новосибирск: Наука, 1995. – 147 с.
Аннотация

Дано описание особенностей биологи мало известного фитофага Leucoma candida Stgr., вспышки массового размножения которого иногда происходят в некоторых регионах Сибири и Дальнего Востока. Описаны особенности поведения гусениц, указано на отличия этого вида от ряда родственных видов волнянок. Показано значение точного определения видовой принадлежности вредителя для успешности проведения мер защиты.

Сведения об авторе:

Гниненко Юрий Иванович, зав. лабораторией защиты леса от инвазивных и карантинных организмов ВНИИЛМ, канд. биол. наук, 141200, г. Пушкино Московской области, ул. Институтская 15, ВНИИЛМ.тел. (495) 993-41-76, факс – (495) 993-41-91. e-mail: gninenko45@mail.ru; vniilm@pues.ru


Область научных интересов: биологическая защита леса


База данных защищена авторским правом ©shkola.of.by 2016
звярнуцца да адміністрацыі

    Галоўная старонка